Отпуску быть!

Хочу в отпуск!» - это крик души против смерти при жизни. Это попытка вырваться из автоматического существования, которое Хайдеггер называл das Man - усредненным способом быть как все.             Мы говорим себе: «Ну надо еще чуть-чуть потерпеть, закрыть проект, дождаться квартала», и откладываем жизнь на потом, будто она у нас бесконечна.

И подступает тошнота, похожая на ту, что описал Сартр, тошноту от повторяемости: Понедельник, вторник, среда, кофе, планерка, пробка, ужин, сон. Эта монотонность убивает не желание работать - она убивает смысл. Отпуск в этом контексте перестает быть просто отдыхом, он превращается в символ свободы, в фантазию о том, что где-то там, за шлагбаумом аэропорта, вы, наконец, станете настоящим: спонтанным, лёгким, открытым миру, а не зажатым в панцирь роли.

Но это опасная ловушка!

Потому что экзистенциальный вакуум нельзя заполнить лежанием на шезлонге. Мы думаем, что отпуск решит проблему, но это бегство в «географическое исцеление», и увозим себя вместе с чемоданом. К сожалению, тот, кто не может найти покой внутри, не найдет его и на Мальдивах. Состояние «хочется в отпуск» звучит как симптом нехватки присутствия. Вы уже как будто физически отсутствуете на работе, но еще не приехали никуда, находитесь в коридоре между «должен» и «хочу».

И возможно, истинная потребность кроется не в смене координат GPS, а в смене вектора и нужен не просто отдых от работы, нужна передышка от той версии себя, которую вы носите  как офисный костюм в душный день.

В итоге: есть над чем подумать, но на самом деле отдых это базовая потребность, такая же как сон и еда. Для него не требуется одобрения или достижений, вы имеете право на паузу просто потому, что вы живой человек.